"Индустрия" - интервью с Бликсой Баргельдом (апрель 2004)

[Exkursovod]

Интервью, конечно, старое и журналистка мягко говоря повышенной компетентностю не страдает, но Бликса на высоте.

Спойлер

Он сидит в самом дальнем углу кафе и со скучливым выражением на лице потягивает минеральную воду "Перье". Костюм-тройка, рассеянный взгляд. Ему есть о чем подумать: через несколько часов начнется первый концерт первого за четыре года тура. Говорят, он поджигает сцену. Говорят, он танцует на крышах дорогих машин. Говорят, он не любит прессу. В последнем можно усомниться. Он вполне благожелателен, и у него есть чувство юмора, хотя и довольно ядовитое. Оказавшись перед телекамерой, он даже позволяет себе немного жестикуляции. Он признанный специалист по разрушению современных строений и игре на компрессорах. Демоническая личность? Отнюдь. Он красивый, умный и в меру упитанный. Все остальное - инсинуации.
Бликса Баргельд обстоятельно рассказывает М.Хагену об успехах и проблемах одной великой группы. Вы и сами догадались, какой.

Первый вопрос, конечно, о новом альбоме EINSTURZENDE NEUBAUTEN "Perpetuum Mobile". Группа всегда использовала различные "немузыкальные инструменты" во время записей. Вы сделали какие-нибудь открытия в области звука на этот раз?

Бликса Баргельд: Если говорить о нововведениях, то, в случае с "Pereptuum Mobile", они более относились к записи и продюсированию, нежели к новым звукам. Альбом создавался под постоянным наблюдением наших поклонников. Это и стало самой главной инновацией. В этой записи нет ничего нового для нас самих. Единственным аспектом, который присутствовал и раньше, но в этот раз был максимально развит, стало использование воздушных компрессоров и инструментов, использующих воздух; например, мы задействовали множество труб... Это соотносилось с главной идеей альбома - движение воздуха, изменения, которые оно вызывает.

Запись альбома финансировалась поклонниками группы, которые присылали по 35 евро в обмен на музыку и возможность виртуального доступа в студию через Интернет...

Бликса: Это было чем-то вроде подписки. Я понимаю, что в шоу-бизнесе такое не очень распространено, но, например, в книжном бизнесе это нормальная практика. Если вы хотите выпустить дорогое издание Достоевского, но у вас не хватает денег, то вы объявляете подписку среди людей, которые готовы впоследствии купить это издание, и цена для них будет ниже, чем в книжном магазине. Мы адаптировали эту модель, и она оказалась приемлемой для всех. Пара тысяч поклонников, поддерживающих нас таким образом, означает 70 тысяч евро; примерно столько мы и собрали. Именно это позволило нам записаться. (С напором в голосе) На те деньги, которые мы получили от компании "Mute", сделать запись было невозможно. Можно сказать, что там денег не было вообще.
Странно? Это грубая реальность современной музыкальной индустрии. В последнее время наблюдалась следующая тенденция. За весь 2000 год конгломерат пяти важнейших медиа-лейблов выпустил 58.000 новых изданий. Речь идет, конечно, не о количестве, а о разнообразии в каталоге. Через год этих изданий осталось уже 28.000, то есть количество музыкантов сократилось чуть ли не на 50 процентов. Пока трудно сказать, что было в 2002-2003 годах, потому что данные еще не опубликованы, но можно быть уверенным, что количество издаваемых артистов сократилось еще сильнее. Скорее всего, эти лейблы настроены на то, чтобы постепенно начать выпускать мейнстрим, мейнстрим и только мейнстрим. Ничего другого. Мейнстрим - совершенно особенный музыкальный стиль, который очень легко описать: это вложение, которое принесет максимально возможную прибыль в обозримом будущем. И это то, чем занимаются крупные лейблы. Поэтому у NEUBAUTEN или любых других групп, которые занимаются чем-то необычным, нет особого будущего в музыкальной индустрии. Они не смогут продать большого количества пластинок. Невозможно делать инвестиции в NEUBAUTEN и за короткий
срок получать большие прибыли. Но речь, конечно, идет не только о нас. В несколько лучшем положении оказываются электронные проекты. Не только из-за развития музыки или моды, но и из-за того, что их легче продюсировать.

Представим себе дуэт, который имеет возможность записываться в домашней студии; если музыка как-то пересекается с популярными направлениями, то у него появляются хорошие шансы.
С машиной, подобной NEUBAUTEN, такой вариант не проходит. Буквально со своего второго альбома мы писались в хороших условиях, и обычно все деньги, которые получали, тратили на запись. Часто бывало, что потом у нас ничего не оставалось вообще. В этом плане мы поступали как популярная группа - записывались в хорошей студии и работали до тех пор, пока не чувствовали, что музыка нас действительно устраивает. Но обычно это съедало все средства, выделявшиеся на запись, и даже авансы. С некоторыми альбомами, например, с "Ende Neu" мы в итоге и вовсе оставались на бобах. Расходы не покрывались. Мы легко могли бы записать альбом только на те средства, что были получены от поддерживающих нас поклонников. Но не с бюджетом, предоставленным "Mute". В идеале, "Perpetuum Mobile" не должен был бы записываться для "Mute", но нам нужно было нечто, с чем можно отправиться в тур. С альбомом, распространяемым только по подписке, гастролировать нельзя. До нас уже во время записи дошло, что нужно иметь свою продукцию в музыкальных магазинах. От нас требовали два альбома, но в итоге получилось так, что мы записали полтора, и разбили материал так, что целая часть попала в свободную продажу, а еще половина будет доступна только для подписчиков. Кстати, альбом, который распространяется по подписке, по содержанию сильно отличается от обычного издания.

Вы не думали о создании собственного лейбла, подобно многим независимым музыкантам?

Бликса: Думали, конечно. Но свой лейбл не гарантирует международной дистрибьюции. Она крайне необходима, и добиться ее можно, но нам не хотелось бы заниматься этой работой. А устроить так, чтоб записи распространялись по всему миру, - очень большой труд. Я бы хотел, чтобы мы больше не выпускали дисков, и предпочел, чтобы музыка скачивалась из Интернета, в обход каких-то физических носителей. Я целиком и полностью поддерживаю эту идею. Есть технические моменты, которые еще должны быть улажены, но, в общем, мы работаем над тем, чтоб артисты, не относящиеся к мейнстриму, имели возможность распространять музыку именно таким образом. Полагаю, что на сегодняшний день это моя основная цель.

Вы оказываетесь перед дилеммой: остаться независимыми, но при этом обеспечить максимальное распространение своей музыки.

Бликса: Да. Но концерты не менее важны для нас, как часть мировой дистрибуции. А последнее - одна из главных причин нашего контракта с "Mute". Они обеспечивают нам повсеместное распространение нашей музыки, одновременный выход альбома. И в нашем контракте есть довольно необычный пункт, в котором говорится, что в тех странах, где им не удастся выпустить наш альбом, этим напрямую занимаются EINSTURZENDE NEUBAUTEN. Так что если, допустим, у них не получается издание в Китае, - а у них не получается, - мы все берем в свои руки. Мы уже договариваемся с тамошним лейблом и, возможно, даже устроим несколько концертов.

Если возвращаться к обстоятельствам вашей последней записи: не возникало ли определенного контроля над группой со стороны поклонников, подписавшихся на новый альбом? Допустим, вам нравится одна версия песни, а десятки людей настаивают на изменениях.

Бликса: Нет, нет. Они просто наблюдали. Нам было интересно превратить студию звукозаписи в нечто, похожее на телестудию. Мы оттуда устраивали передачи, последняя была 4 дня назад. Это был специальный концерт для тех, кто нас поддерживал, они могли увидеть, как будут выглядеть выступления в туре. А на прошлой неделе было несколько включений, во время которых можно было наблюдать работу над новым материалом. С августа 2002 года по август 2003-го мы устраивали ежемесячные передачи, каждую из которых смотрело примерно 300 зрителей. Процентов 10 из них были очень активны, по ходу дела комментируя происходящее.
Мой лэптоп стоял прямо на пианино, и когда я играл, то сразу мог видеть все мнения: нравится ли людям то или иное произведение, что они думают о нем и так далее. Эти комментарии были очень важны. В обычной ситуации записываешься сам по себе; студия и сделана для того, чтобы отсечь внешнюю среду, освободиться от нее. Но все резко меняется, когда играешь материал живьем. Если в студии, кроме тебя, только четыре человека, напряжение уже совсем не то. Но все, что есть в альбоме, было сыграно в "полуконцертной" обстановке. Когда тебя слушают три сотни человек, и сразу видишь их мнения, это совершенно другая ситуация, другая атмосфера. Думаю, что это можно услышать. Мы не знали, какова будет степень вовлеченности зрителей, но, в конце концов, оказалось, что советов типа "Здесь хорошо бы добавить драм-машину" не было. Было некое обсуждение в кругу друзей. Скажем, я играю им первоначальный набросок песни, и они рады всему, что уже есть. Единственный совет, относящийся непосредственно к музыке, мы услышали только на прошлой неделе, когда кто-то посоветовал добавить арпеджио в 16-м такте, но мы тогда даже не поняли, о чем шла речь. Обычно таких комментариев не было; как правило, люди ассоциировали песни со своими переживаниями и даже рассказывали нам какие-то истории. По-моему, это гораздо важнее и полезнее; советы, касающиеся музыки, все-таки довольно однообразны по своей природе.

Какая песня оказалась самой сложной для записи?

Бликса: "Ein Leichtes Leises Sauseln". Очень тихая композиция - пианино, шумы и вокал. Когда мы ее записывали, было тяжело найти общую цель. Впридачу, я не слишком хорошо играю на пианино, и мне трудно одновременно еще и петь. Я с самого начала знал, как будет называться эта композиция, но плохо представлял себе, о чем в ней пойдет речь. Обычно я стараюсь продумывать вещь от начала до конца. Но в этот раз стихи появились позже всего, и вокал был записан в самый последний день. Для меня это всегда было сложным моментом. Тем не менее, это любимая песня группы. С нее мы начнем сегодняшний концерт.

Можно заметить, что в течение карьеры EINSTURZENDE NEUBAUTEN звук постепенно становился мягче, а чувство мелодии развивалось все сильнее. С чем это связано - умение, возраст или что-то еще?

Бликса: Комбинация всего сразу. Хотя оговорюсь, что я не согласен с этой точкой зрения. Если вы послушаете любой наш альбом, - старый или новый, - вы везде найдете тихие и красивые композиции. Сейчас их просто больше. И, конечно, мы становимся старше. В группе появились новые люди с иным чувством и подходом к музыке, кто-то ушел. В NEUBAUTEN, например, больше не играет Ф.М. Айнхайт. Каждый из ушедших участников во многом отвечал за какие-то аспекты в музыке группы. С самого начала, еще с альбома "Kollaps" я не ставил перед собой задачу повторять пройденное снова и снова. Мой план - делать то, что меня устраивает в данный момент. Все нужно менять; каждая запись - это новая история, следующая глава в моей жизни. Со времен альбома, записанного в 2000 году, моя жизнь изменилась, и мне хочется верить, что следующий альбом снова будет нести в себе что-то неожиданное.

Известно, что вы больше не сотрудничаете с Ником Кейвом...

Бликса (лениво): Да, известно...

Какие у вас сейчас отношения?

Бликса: Не знаю, я его не видел с тех пор. Мы живем в разных частях света - я в Шанхае, а он в Лондоне. Довольно трудно пересечься. Хотя нет, вроде он живет в Брайтоне. Но даже если б он жил в Лондоне, все равно было бы нелегко с ним встретиться.

Почему вы ушли из BAD SEEDS, если не секрет?

Бликса: Мне это просто наскучило. Ни с Ником, ни с группой, ни даже с музыкой проблем не было. Но как-то надоело: запись - тур, запись - тур. И так 20 лет. Нужно было что-то изменить, сосредоточиться на собственной жизни. Поэтому я и ушел. Мне хотелось обратить больше внимания на работу с NEUBAUTEN, вернуться в круг рок-звезд. (После пятисекундной паузы) Нет, я не хочу сказать, что я такая уж звезда, но стало слишком скучно.


EINSTURZENDE NEUBAUTEN всегда считались индустриальной группой...

Бликса: К сожалению.

В то же время существуют группы NINE INCH NAILS, MARILYN MANSON и RAMMSTEIN, которые также небезуспешно претендуют на это определение.

Бликса: К сожалению, к сожалению...

Как вы думаете, существует ли настоящий эталон индустриальной музыки?

Бликса: Году в 1978-79-м группа THROBBING GRISTLE организовала лейбл, который назывался "Industrial Music". Это она и есть. Я никогда не употреблял термин "индастриал" по отношению к чему-то еще. Но сейчас он используется настолько широко, что я просто сдаюсь. И почти все группы не имеют ничего общего с оригинальной идеей. Я вынужден сказать: хорошо, и то индастриал, и это индастриал, и мы тоже индастриал... К счастью, NEUBAUTEN играли еще в то время, когда Трент Резнор ходил в начальную школу, а Мэрилину Мэнсону было лет 12-14. Можно предположить, что они были на нашем концерте как раз во время первого американского тура, пробрались за кулисы и брали у нас автографы. Отлично! Чего же еще можно было ожидать?

Вы тогда, кажется, сцену поджигали? Не скучаете сейчас по таким экспериментам?

Бликса: Это было непреднамеренно. Все что произошло, было случайностью. Мы играли с огнем, но не решились бы целенаправленно поджечь сцену. По-моему, это произошло только один раз, в Пасадене, Лос-Анджелес. Потом на нас посыпались неприятности. После концерта к моей голове приставили ствол... вот уж по чему я никогда не буду скучать. Кто-то пролил бензин, и сразу все вспыхнуло. Тем не менее, это был хороший концерт. Однако после этого мы на 10 лет потеряли возможность играть в Лос-Анджелесе: боссы местной музыкальной индустрии нас бойкотировали.

А что вам больше всего запомнилось из вашего последнего визита в Петербург?

Бликса (оживляется): О! Наиболее ярко я помню танцы на крыше бандитского черного "Мерседеса" (это произошло в Москве - ред.). Тогда я бы поставлен перед выбором: остаться с переломанными ногами или заплатить 2.000 долларов. Машина была прямо у меня на пути, и я решил через нее перелезть. А как только я забрался на крышу, вокруг появилось столько камер, что я решил немного потанцевать на радость фотографам. Спонтанно. У меня остались хорошие фотографии.

Если верить легенде, единственным диском, который у вас был с собой во время прошлого визита EINSTURZENDE NEUBAUTEN, была запись Альфреда Шнитке.

Бликса: Верите или нет, этот самый диск снова здесь, и это действительно единственный диск, который я вожу с собой. Потому что это музыка, которую мы всегда ставим после концерта. Все очень просто.

После всех этих лет в EINSTURZENDE NEUBAUTEN вы ощущаете себя иконой андеграунда?

Бликса: Да. И я думаю, то, чем мы занимаемся сейчас, - сайт Чтобы увидеть ссылку вы должны зарегистрироваться, - несет в себе нечто гораздо более разрушительное, нежели все, чем мы занимались предыдущие 10 лет. В каком-то смысле мы замкнули круг и опять ушли в андеграунд.

Чтобы увидеть ссылку вы должны зарегистрироваться